*
 
 

Людмила ТРЕМБАЧ
(г. Москва)
 
Людмила Трембач - филолог, преподаватель русского языка и литературы. Мама семерых детей. Живёт и работает в Москве. О своём поэтическом творчестве Людмила Алексеевна говорит просто: "Стихи - любовь всей моей жизни. Они помогают не только жить, но и преодолевать трудности нашей непростой жизни. С ними ярче утро, светлее день и выше небо. Стремление поэтизировать окружающий мир  дает возможность расцветить его свежими красками любви и радости".

Мы искренне рады представить читателям журнала подборку прочувствованных, душевных и ярких стихов Людмилы Трембач. Думается, что это первая, но отнюдь не последняя встреча любителей поэзии с талантливой поэтессой на страницах "Южного региона".

Весь мир - во мне

Степь

Вдохну полынь-траву не горлом, а душою.
Курганы-валуны, пресытившись, лежат.
Пропахла ветром степь и давнею весною.
И вечный пыльный шлях ведет меня назад.

За много сотен верст, за дали заревые.
Туда, где небеса срастаются с землей.
И вьется серый смерч, и древние могилы
Собрали странных птиц галдящею толпой.

Репейник, одряхлев, катается шарами.
И к вечеру трава нагрета и пуста.
Так хочется, устав, пройти но ней ногами,
Всей кожей ощутив забытые места.

Вздыхает мерно степь, расходится шляхами,
Уходит в ковыли, за даль, за валуны,
Маячит под луной, под солнцем и ветрами.
Томительный покой и вечность ей даны.

Дай силы мне, трава, колючая, степная.
Надежды дай, земля, покинутая мной.
Засушливо гортань огнем своим сжигая,
Веди меня к ручью с живительной водой.
 

Душа

Невнятен жест. Задумчива душа.
И молчалив поступок покаянный,
Так тихо и нежданно благодарный.
И мысли суетливо не спешат.

Копился грех смущающий давно.
Он тяжелел, давил, саднил и мучил.
Так незаметно изменяя участь
Моей судьбы, с которой мы - одно.

Душа прощенье вымолить смогла
И отвела угрозу долгой мести.
И утешенье вместе с доброй вестью
В ладонях светлых мне преподнесла.

И снова рассуждающе молчит.
Лежит в груди печалию созревшей...
Ладонью, от слезы потяжелевшей,
Прикрою место, где она болит...

Итоги


 

Невероятность совпадений
И судеб строгих беспристрастность,
Застенчивость любви явлений,
Разлук пугающая ясность.

Простор и разность постижений,
Друзья из прошлых перекрестков,
Восторги трудных достижений
И горечь медленного роста.

Все не случившееся - в были.
Все состоявшееся - в душах,
В рождениях, в друзьях, в любимых.
Кто сможет так?
Кто сможет лучше?

Буханка

Она потом мне очень часто снилась:
Как я ее, желанную, брала,
И как она волнующе дымилась
На краешке скоблёного стола.

На чистом и узорном полотенце
Лежала, ароматна, горяча.
И бабушка, рукой прижавши к сердцу,
Ее ломала щедро, от плеча.

Широким жестом, добрым и открытым,
Несла ее в морщинистой руке.
Мне руку жжет ломоть тот незабытый,
Хоть и остался в дальнем-далеке.

Я ощущаю жаркий вкус и запах.
Хлеба презнатно бабушка пекла.
И, кажется, найду, проснувшись завтра,
Буханку ту на краешке стола.

Весь мир - во мне

Весь мир - во мне. Теснится в нем душа.
Заря алеет. Пламенеет полдень.
И поворот небес прошел сегодня.
Часы стареют и уже спешат.

А счастье - всюду: в шёпотах садовых,
Бальзамах вздохов, чистоте воды,
Отсутствии укоров и беды,
Во взглядах добрых и рожденьях новых.

В окне открытом облако стоит,
Отчаявшись на тихий сад пролиться.
Земля вздыхает от мечты напиться,
А облако надулось и молчит.

Пищит на ветке отдаленной птица...
Пустеет вечер в сонной тишине.
Я счастлива. Весь долгий мир - во мне.
Является и в душу мне стучится.

Лунная полночь

Губы малиною теплою полнятся.
Нежность в глазах затаилась щемящая.
В нашей притихшей полуночной комнате
Отблески лунные тают блестящие.

Шепоты, вздохи и взглядов мерцание,
Теплые, чуткие прикосновения.
Наше с тобою противостояние
И запоздалых улыбок явление.

Губы горячие пахнут малиною.
Лунная ясность в глазах отражается.
Связана нашей судьбою единою,
С нежностью нежность навеки сливается.

Июнь. Вечер… Лето.

Мы пьем вино. Лежат на крыше звезды.
Они - близки. Они - не миражи.
Ты мне об этих звездах расскажи
Подробно, обстоятельно, серьезно.

Мороженое тает на столе.
Июньский вечер невозможно жаркий.
И звезды остывающим пожаром
Спускаются к распаренной земле.

Вино нагрелось как-то незаметно
От непривычной всем температуры
И изменило данную структуру.
Уже не вкусно, но вполне полезно.

В твоем зрачке я вижу точку знанья.
В нем уместились раз и навсегда
И самая далекая звезда,
И все законы жизни и сознанья.

А звезды, заглянув издалека,
Лежат на крыше, тихо остывая.
Я все из этой жизни принимаю:
И вечер, и моря, и берега.

 

Публикация: Июль 2011

 

 Нравится

 

 

 

 


При перепечатке авторских материалов активная ссылка на "Южный регион" ОБЯЗАТЕЛЬНА!
Печатным изданиям для этого необходимо получить письменное разрешение редакции
(кроме изданий-партнёров)!


Rambler's Top100

Разместить рекламу