*
 
 
 

Судьба  порой выделывает в человеческой жизни такие «фигуры высшего пилотажа», что куда там любому воздушному асу! Жизнь Светланы Лёгкой на самом деле никогда не была простой и лёгкой.

Родилась она на Украине, в Полесье, в Ровенской области. Закончив ВУЗ в Запорожье, стала историком. Очень много работала в разных археологических экспедициях.

В 27 лет незапланированно уехала в Заполярье, на одну из «великих строек коммунизма» - строить за Северным Полярным кругом «Город Будущего» под стеклянным куполом, с парками и  пальмами. Это была одна из Великих Авантюр коммунистического времени. Таких же, как «поворот северных рек».  «Город Будущего», понятно, не получился. Но в краю оловодобытчиков и золотарей город, всё-таки, построили. 

Некоторое время была на преподавательской работе. Вот это самое «некоторое время», (когда надо было врать «по идеологическим мотивам» вопреки историческим фактам), и привело Светлану к решению круто изменить жизнь, поменять специальность. Она не могла врать вопреки упрямым фактам, которые она доподлинно знала, как историк.

Снова Запорожье. Снова учёба в ВУЗе. Диплом юриста. Говорят, что существует некая «магия Севера» -  человека, однажды побывавшего в северных широтах, тянет туда снова.

Так и произошло: Светлана снова уехала в Заполярье, в Арктику.

Сегодня Светлана Михайловна работает следователем. За Полярным кругом. Там, где условия мало пригодны для человеческой жизни. Где долгие месяцы стоит полярная ночь, где редкое солнце и жестокие полярные морозы и вьюги. Привыкла. И ещё… пишет прозу. Хотя, писателем себя не считает, и свои рассказы называет очень просто и приземленно – «Полярный блокнот». Или ещё проще «Штрихи из жизни или Северные байки». Но как точно подмечены в них «мелочи жизни», из которых, как известно, и состоит жизнь! Так обращают внимание на «мелочи» археологи и следователи.

Несколько своих рассказов, «баек», Светлана Михайловна прислала в «Южный регион».

И мы с удовольствием знакомим с ними наших читателей.

 

Часть первая

МОЯ ПЕРВАЯ СТРОГАНИНА

Командировка

Попав в Заполярье, и поработав «в кабинете» недели две, направлена была я в командировку в дальний-дальний наслег (село). Оно имеет трёхсотлетнюю историю. Заложили его староверы, подтянулась народность саха, разбавились детьми любви прибалтийских студентов и коренных жителей (сахалярами) и получился там очень интересный такой люд.

А стояла зима и наружные температуры не радовали меня, – жительницу степей украинских, – ну никак! Полярная ночь усугубляла состояние испуга и растерянности. В общем, вид я имела, как француз при отступлении из Москвы (ни шубы, ни торбоз, ничего такого приемлемого для «прогулки» предлагаемой у меня, естественно, не было). Напялили на меня всё, что у кого нашлось. Одели, в общем. Добрые!

Сразу скажу, что передвижение внутри района у меня, в основном, воздушным путём (вертолёт, самолёт), или «зимником», или «летником» (автодороги такие, проложенные в вечной мерзлоте политзаключёнными ещё). Счастье было в том, что вертушка летала в тот период. Значит, отпадала необходимость двое суток ехать «зимником» (а, вы ж понимаете, что удобств в тундре нет и выходить из машины в  минус 50 – крайне неприятно).

Ваня

Вертолётом управляет Ваня – великолепный профессионал. Только вот летает он... исключительно в состоянии алкогольного опьянения. Да и какой идиот в трезвом виде тут полетит?!  Я, нервничая по этому поводу, топталась в ожидании вылета. А Ваня простукивал «вертушку», сквернословил так по доброму, и выкидывал какие-то «ненужные деталюшки» от вертолёта. Я занервничала ещё больше. А лететь-то надо!

Иначе ж будет Иначе – удобства во дворе, а двора нет! Я про себя сказала: «Ну и дура ты, Света. Жила себе у самого синего моря. Томилась на солнышке. Минус 15 градусов для тебя была уже катастрофа. И куда ты попала? И когда в конце концов светлое время суток наступит? И сколько он ещё деталей от «вертика» выбросит?
И вообще...».

Прервал мои печальные мысли Ваня, мило так : «Леди (глянул на меня), ну и остальные – тоже! Бум лететь, или бум оставаться?».

О погрузке народу в вертолет – отдельная песня будет. Сегодня не об этом. Загрузились. Долетели. Вышла я в чистом поле. Встретили меня на «Буранах» (удовольствия – никакого). Дубильник страшнейший. Промёрзшую до костей   «всей кучей»  меня привезли в «Гостиницу» – деревянное здание.  

Свет есть. Внутри комнаты на стенах – лёд сантиметра на 2-3. Температура в «Гостинице» минусовая. 

– А чё? Ничё? Паааааадумаешь! – сказал привёзший спокойненько так. 

С испугу у меня как-то во рту пересохло, горло предательски запершило и я бросилась искать воду, чтоб как-то проглотить комок, готовый выплеснуться из меня ручьями слёз. Стоит ведро. В нём – лёд. Стоит самовар – в нём тоже лёд. Тут включилась «Света-приколистка» и стала дико хохотать. «От это ты, родная, попала..!». И ведь самовар-то не включишь: шнура нет! «Ну? И как ты тут ночевать- то будешь, а?».

Похихикивая и нервно подёргивая уголком губ, я просто не понимала: чего ж таки делать? При этом , замерзать стала ну саааааавсем.

Строганина

Через минут двадцать без стука и тихо зашла незнакомая мне женщина – якуточка лет сорока на вид. «Вы» у них нет. Есть «Ты». И говорит мне:

– Пошли, со мной. Тебе согреться надо. Я – Роза. 

Не то слово – пошла. Побежала я за той Розой трусцой от холода.

Шли мы минут 20 по ночи и в морозяке и, наконец, подходим к дому Розы. Это деревянный дом, состоящий из предбанника такого и двух комнат. Первое, что я вижу в предбаннике: огромное количество рыбы крупной, сложенной, как у нас поленницы складывают – до потолка! «ОГО!» – подумала я. И вдруг что-то шипящее бросилось мне под ноги.  Кот!!! Чёрно-белый кот, привязанный одним концом банта за шею, другим – за одну из сложенных рыбин. Ну прям тебе цепной пёс Полкан!

Завела меня Роза в комнату, усадила у печи. Крикнула тихому мужу: «ДАВАЙ!». И тот, как тень, передвигаясь, споро и ловко за минут пять очистил и настрогал огромную рыбину. Роза же в это время смешала соль и чёрный перец...

С дубняка и стресса да под почти неразведённый северный спирт непривычная строганина пошла за милую душу!

 

Мома
или  Как всё узнаваемо!

Два часа – и я в Москве, в которой стыло как–то и хмуровато.

Нас – пассажиров – везут в аэропорт. По дороге наблюдаю: за окном дождь, а рабочие неспешно и старательно укладывают бетон.  Это ремонт (на минуточку?!) взлётно-посадочной полосы. Про себя матерясь, я громко произношу: «Тревожиться не стОит! Очевидно: инновационные технологии укладки» . Наверное, так и ждут, когда же пойдёт дождь да чтоб укладывать бетон. Ну, без дождя укладывать его - никак! Как же можно?!

И вот я в самолёте «МоскваЯкутск». 6ч. 20 мин. без перекуров.

В Якутске минус 15 и лёгкий снежок. Тело сразу отреагировало холодом спины. Спина у меня – предательница ещё та! Она – самое чувствительное место в теле.
Она становится пупырчато-холодной сразу же, как только попадает в эти края, и согревается только на материке.

Получила багаж и дунула на такси к приятельнице, у которой лежала арктическая экипировка: меховая шапка, шубейка, зимние сапожки. Ещё три часа передыху там и – накопитель аэропорта Якутск. Лететь ещё 2часа 30 минут до пункта моего назначения в Заполярье.

Я укладываю свою озябшую спину в кресло, мотор ревёт и тут милая стюардесса объявляет, что летим мы в пункт назначения через Мому.

Пардон, муа, говорю, не знаю – куда летите вы, а я лично покупала билет этот за 15 тысяч рэ именно от Якутска до пункта назначения, но ни в какую не Мому! Не было там посадки в Моме!

Я сама не в курсе, отвечает стюардесска, поступила команда от капитана.

Девушка, говорю, если нас угоняют, то давайте полетим в Питер. Я как раз там во время отпуска не побывала.

Девушка посмотрела на меня убийственным взглядом с высоты своего роста и стала объяснять как пристегнуть ремни.

Когда мы попадём до пункта назначения, если меняем маршрут? – спрашиваю.

Тишина.

Девуууууууушка, милая, когда прилетим-то? А? Ведь там нас встречают. Надо позвонить – сообщить.

Ответ обескуражил: «Не знаю» говорит.

Так узнайте уже как-нибудь!

Через три минуты отвечает (ВНИМАНИЕ!):

«Траектория  полёта будет известна только после прилёта в Мому и будет зависеть от скорости и направления ветра».

И добавила: «Расчётное время в пути до Момы  (да будь же она трижды неладна!) 2часа 30 минут».

Так а прилетим-то во сколько до конечного пункта назначения – туда, куда всем пассажирам и надо?

Не знаю ответила.

Есть тут кто из Момы? спрашиваю.

Из Момы никого нет. Вроде бы.

Девушка! Тогда передайте капитану, чтоб он рассчитал траекторию движения уже на Гаити, а? Ну а чё? Полетели на Гаити!

Пассажиры уже сменили хмурые лица на улыбки, потому как Мома это всё-таки ближе к пункту назначения. И вообще – они в самолёте и лятят, а до этого целых три дня сидели в порту из-за нелётки.

Самолёт, как и положено, разделён на два отсека. Но в первом нет не только пассажиров, но и кресел. Но  зато есть груз 7-8 ящиков каких-то.

«Так вот зачем мы прём в эту самую Мому», подумала я. И ещё: «Господи. Как же всё узнаваемо!».

И тело огорчённо заснуло.

Потому что это был самый лучший выход из положения: Оно не хотело слышать, как три северянки сзади него начали бурно «готовиться к полёту»:

Ну? Наливаем? – первая.

Кто водку? Кто вино? – вторая.

ВСЁ!!! – третья.

Плюхнулись в Моме.

Деревянная постройка посреди тундры. Туалет на улице и уже минус 30 градусов. Но, на беду, быстро подъехал минивэнчик, на котором написано: «Такси».

«Стратегический груз» в Мому доставлен! Пьянючие сопровождающие его лица, изрядно причастившиеся к содержимому ящиков, полуживыми вываливаются из самолёта.

Взлетаем. Теперь уже курс на Заполярье!  «Попутного ветра синяя птица!».

________________________

Публикация: 14 июля 2011

 

 Нравится

 

 

 

 


При перепечатке авторских материалов активная ссылка на "Южный регион" ОБЯЗАТЕЛЬНА!
Печатным изданиям для этого необходимо получить письменное разрешение редакции
(кроме изданий-партнёров)!


Rambler's Top100

Разместить рекламу